Смиренномудрие Божией Матери

По традиции церковный год начинается с сентября. Этот церковный год мы провожаем вместе с Царицей Небесной, перед лицом Которой меркнет любое слово, любая мысль. Потому что это настолько удивительный человек, что даже авторы церковных гимнов восклицают с недоумением: «как Ее прославить?».

Один из самых древнейших гимнов наших: «Честнейшую херувим и славнейшую без сравнения серафим» – он как раз тоже об этом, что нет слов для этого человека. При всем при том, что Царица Небесная, Матерь Божия для нас – это образец смирения. И это самое удивительное в Ее облике. Потому что Она, с одной стороны, Царица Небесная – что может быть величественнее, что может быть грандиознее? Никакие английские королевы со своими замками не сравнятся в величии с этой Дамой с большой буквы.

А, с другой стороны, это удивительное смирение, которое Она обнаружила в Своей жизни, и которое вдохновляло, изумляло, поражало многих богословов и мыслителей, которые вглядывались в облик этой Дамы, этой величественной Царицы Небесной. Целые монашеские движения, монашеские ордена и лавры, монастыри были посвящены Царице Небесной. Мы знаем, что и у нас соборы знаменитые, монастырские и кафедральные были посвящены Божией Матери. На Красной площади стоит собор Успения Божией Матери. Это по своему статусу главный храм России – древний, красивый, прекрасный. В Печорах в Псково-Печерском монастыре всегда в день Успения совершают замечательное богослужение – отпевание Божией Матери прямо на улице, на которое много людей приходит. Почаев, Киево-Печерская лавра со своим знаменитым собором Успения. Это воздвигали монахи, мужчины, потрясенные красотой и смиренномудрием Царицы Небесной. И для нас это очень важное слово, которое уместно произносить именно тогда, когда мы говорим именно о Божией Матери – «смиренномудрие».

По поводу смирения как христианской добродетели мы очень много говорим, но очень часто неверно. Потому что люди воспринимают смирение как портрет забитого безинициативного, пассивного, тупого существа. Но это не так! Потому что смысл изначальный смирения – это, если хотите, высокая философская добродетель. То есть это черта человека очень мудрого. Именно поэтому еще в древности говорили не о просто смирении, а о смиренномудрии: «ἡ ταπεινοφροσύνη (tapeinofrosyne)». Тот есть это глубокое напряжение работы сердца, мысли. То есть смирение, если хотите, – это жест мысли, даже во многом.

И вот

Царица Небесная, Богородица, Пречистая Дева – это образец величия в смирении, смирения в величии.

Потому что люди по-настоящему мудрые, они вместе с тем и смиренные. Потому что они знают свои границы, пределы, немощи свои знают. Знают, как тяжело быть хорошим человеком.

И поэтому по-настоящему мудрый человек – это человек тихий и снисходительный. Вот печать мудрости.

Чем более мудрым становится человек, чем более смиренным, тем больше снисходительности в его сердце поселяется.

Это печать настоящего мудрого человека. У Пушкина есть такие строчки:

Воды глубокие
Плавно текут.
Люди премудрые
Тихо живут.

Наше время предполагает совершенно другой ритм жизни: кажется, нужно бежать, как-то суетиться, заботиться об успехе. Тут какие-то платформы образовательные. Там можно сделать, добиться какого-то личностного роста или же «прокачать мозги». В этом ничего нет зазорного на самом деле. Это хорошо, если человек хочет развиваться. Это вообще прекрасно.

Но когда нас настигает мудрость, мы понимаем, что суетиться не надо. Надо спешить медленно. У нас тут рядом с монастырем лежит похороненный владыка Аристарх. Вот он говорил, что можно по походке понять, молится этот человек или нет. Походка выдает человека.

Было такое старинное слово, которое сейчас вышло из употребления – степенность.

Вы смотрите старые фотографии людей, которые жили еще, может быть, несколько десятков лет назад, как они сидят в кадре, как они стоят, как они смотрят, и чувствуете, что в их облике присутствует этот элемент, которого нет сейчас у нас. Это некоторая степенность и достоинство. Ну как можно с достоинством сидеть? Как можно с достоинством стоять или смотреть? Потому что это идет изнутри. Это нельзя поставить балетмейстеру или дизайнеру, имиджмейкеру.

Изнутри идет глубокое достоинство, укорененное не в пренебрежении к людям, не в высокомерии, а в снисходительности, мудрости и в смирении, в глубоком смирении.

И, мне кажется, человеку, который хочет носить имя христианина и быть ближе к Богу, надо тоже размышлять на эту тему, не только размышлять, но искать какое-то основание, опору у себя внутри для того, чтобы найти эту степенность, правильный ритм жизни, ритм речи.

Чтобы не суетиться, или, как говорил один античный философ, «не дергаться». У нас сейчас это воспринимается как молодежное такое выражение, современное. Но был такой философ Марк Аврелий. И в своей книге он постоянно повторяет эту фразу: «Не дергайся!».

Потому что человек, который погружен в суету, похож на куклу, которую дергают ниточками. И поэтому Марк Аврелий говорил, что не надо дергаться, не надо позволять никому манипулировать твоими желаниями, твоими благородными чувствами или твоей неуверенностью и многими другими вещами, на которых паразитирует современное информационное общество.

Не надо дергаться, а жить спокойно, степенно, смиренномудро, с достоинством.

И вот облик Царицы Небесной как раз и показывает, что человеческое достоинство, высокое достоинство, не противоречит смирению, не надо превращаться в тряпку, чтобы стать смиренным человеком.

Чтобы стать смиренным, нужно стать мудрецом. И там, где нет этой мудрости, степенности, там нет и смирения на самом деле.

Кажется, очень сложно, но лучше ничего не говорить, а просто смотреть на Царицу Небесную, на Ее облик, на плащаницу, которая сейчас лежит посреди храма. Это гораздо лучше, потому что все становится на свои места, когда мы молимся Божией Матери, молимся Ей, размышляем о Ней. А это очень правильно. Не нужно никогда себе запрещать размышлять о Боге, о святых или о Божией Матери.

Мысль украшает наши лица. Лучше всякой косметики, кремов, лосьонов. Чтение, мысль и молитва оставляют очень глубокий отпечаток на лице. И это очень заметно, если даже на походке это отражается.

Прекрасный праздник Успение. И философский, и богословский. Есть над чем подумать, есть о чем помолиться, и есть о чем помолчать, что мы, собственно, сейчас с вами и будем делать. Склоните ваши головы. «Благословение Господне на вас, Того благодатью и человеколюбием, всегда ныне и присно и во веки веков!» Аминь!

Архимандрит САВВА (Мажуко)

Проповедь, сказанная 28 августа 2020 года