История Макарьевского монастыря в Добруше

Сведения о Макарьевском монастыре, основанном в начале XVIII века в 20-ти верстах от Гомеля, отрывистые и неполные. Известно, что построен он был около Добруша и сейчас разрушен. Мы <редакция газеты «Гомельские ведомости»> не только попытались изучить имеющиеся исторические сведения о монастыре, но и нашли очевидцев, живших когда-то на этой святой земле Гомельщины…

Асафова раскольничья пустынь

Первоначально старообрядческий Макарьев монастырь именовался Асафов скит, или Асафова раскольничья пустынь. Она находилась около деревни Хоропуть и села Добруш. По преданию, скит был основан около 1760 года старцем-отшельником Иоасафом, бежавшим из города Гжатска в Ветковскую слободу.

Можно предполагать, что о ските, именуемом Иоасафовский монастырь, стало более широко известно в 1799 году благодаря написанной насельниками и объявленной чудотворной иконе Божией Матери. Наименование «Макарьевский» (ранее «Макарев», освящён в честь святого Макария Киевского) к монастырю употреблено только в 1820-х годах.

Историки пишут, что в монастыре имелось 32 кельи, где проживало 52 монаха. На территории обители возвышались два деревянных храма – в честь Владимирской иконы Божией Матери и святителя Николая Чудотворца. Монастырь содержался пожертвованиями и вкладами, владел сенокосными и пашенными землями.

Однако, несмотря на то, что в 1845 году Макарьевскому было передано всё имущество, строения и земли Чонского монастыря, стало ясно – монастырь не оправдывает возложенные на него надежды по единоверческой миссии среди старообрядцев, к тому же не справляется с материальными трудностями. Постепенно монастырь приходил в упадок.

Новая история обители

В начале ХХ века, в 1913 году, викарный епископ Гомельский Варлаам (Ряшенцев) направил ходатайство в Синод об открытии в Макарьеве женского монастыря. Необходимость и целесообразность преобразования Макарьева монастыря в православную женскую общину вполне отвечали желанию местного населения – люди давно хотели, чтобы здесь была открыта женская обитель со строго православным укладом жизни наподобие Сарова и Валаама.

И вскоре бывший единоверческий Макарьевский мужской монастырь Гомельского уезда был обращён в женскую обитель. Её причислили к Чонскому женскому монастырю. Это событие было ознаменовано тем, что из Чонского в Макарьевский была перенесена чудотворная икона Божией Матери «Казанская». Обители принадлежали 40 десятин земли. Церковь была одна. Два новых помещения для начальницы и сестёр построены в 1914–1915 годах, возведены необходимые хозяйственные надворные постройки. В то время в обители проживали 15 сестёр, руководила общиной старшая инокиня Чонского монастыря Леонида.

В самостоятельный женский монастырь Макарьевская община преобразовалась в 1916 году. Но просуществовала всего 12 лет. В 1928 году Макарьевский монастырь навсегда прекратил своё существование.

ХХ век

В настоящее время на месте монастыря (посёлок Рассвет Добрушского района) под руинами сохранился фундамент с элементами стен здания трапезной, служившего до середины 1980-х годов жильём для работников совхоза «Хоропуть». И в нескольких метрах южнее в неплохом состоянии сохранился вход в монастырские подвалы, частично залитые бетоном в 70-е годы прошлого столетия.

Более двадцати лет здесь, на монастырской земле, жила Валентина Бодрунова, которая поделилась с нами своими воспоминаниями.

Впервые о Макарьевском Валентина Ивановна узнала от своей мамы в 15-летнем возрасте, когда их семья после долгих вынужденных переселений вновь вернулась в родные места

– Это был 1971 год, – говорит женщина. – Моя мама Мария Павловна Тимошенко-Бодрунова (на фото) провела здесь своё детство и молодость. По сказочному лесу, окружавшему монастырь, пешком ходила в школу города Добруша. Я всегда любила слушать мамины рассказы. Помню, идём мы по бывшим монастырским угодьям, и она мне показывает роднички, бьющие из-под-земли, и огромные липы, под которыми похоронен настоятель монастыря, монахини и игуменья (её перезахоронили из склепа). Чуть позже по рассказам родственницы я узнала историю игуменьи. После войны люди, чтобы сделать печи, стали разбирать по кирпичику монастырскую ограду, а потом начали искать кирпичи и в самой церкви. При раскопках наткнулись на склеп. На постаменте стоял дубовый гроб, открыв его, они увидели монахиню, которая буквально у них на глазах стала прахом (частично нетленными остались руки и ноги). Перезахоронили тело под липами рядом с могилами.

Святая вода

Именно тогда, гуляя с мамой по святой земле, девушка впервые попробовала воду из монастырского колодца и признаётся, что такой воды нигде не пила.

– Потом мы пошли к озеру, – продолжает рассказ Валентина Ивановна. – По словам мамы, его копали монахини и в рясах землю сносили в клумбы или высыпали в сад. Затем они прорыли канал от озера до реки Дрогитивль, а местные мужчины сделали деревянные шлюзы. Здесь летом крестили детей и мыли церковные принадлежности. Мама показала мне, где находилась трапезная, кельи, где совершались молебны, показала сохранившийся на тот момент фундамент домика батюшки и монашеский посёлок, сожжённый частично во время войны. Отвела к погребу и рассказала, как здесь со своей мамой (моей бабушкой), братиком, сестрёнками и другими людьми они прятались от бомбёжки в 1941 году.

План монастырских земель (Рисунок Валентины Бодруновой)

Тогда девушка и не подозревала, что через десяток лет ей доведётся встретить солдата, оборонявшего эти земли.

– К тому времени, а это было начало 80-х, я жила в квартирке в здании монастыря, – говорит Валентина Ивановна. – Помню, постучался ко мне пожилой, болезненного вида человек. Я спросила: «У вас что-то случилось?» Он ответил: «Где сейчас находится отстойная яма, были окопы, и меня в этом окопе тяжело ранило. Мы в августе 1941 обороняли церковь и город Добруш. Здесь много погибло солдат». И тогда я поняла, что этот мужчина был среди тех, кто защищал тогда мою бабушку и её детей…

Ещё одна интересная встреча запомнилась женщине – к ней пришли насельники когда-то действующего Макарьевского монастыря.

– Меня удивило, что они босиком, – говорит Валентина Ивановна. – Я их покормила, налила им колодезной воды. Они помолились, и один дедушка заговорил со мной. Он сказал: «Я служил здесь, мне 92 года, вот решил посетить обитель нашу». Вот такая необычная встреча.

Наша обитель

В келье, той небольшой квартирке, которую выделяли рабочим совхоза, Валентина Бодрунова со своей маленькой доченькой Алесей прожила два с половиной года, пока неподалёку не построили кирпичный дом, куда она и переселилась. Сейчас этот дом в плачевном состоянии, ещё два таких же здания используются как дачи. Как стало известно, монахини Гомельского Свято-Тихвинского женского монастыря собираются отремонтировать дом и остаться на тех святых землях, дабы возродить обитель. А в архиве Гомельского Свято-Никольского мужского монастыря сохранилась печать Макарьевской обители.

…Валентина Ивановна признаётся, вспоминать годы своей жизни в стенах бывшего монастыря одновременно и трудно, и отрадно. Это было тяжёлое время, когда приходилось трудиться без выходных с утра до ночи. Но вместе с тем монастырские стены чудесным образом защищали её и наполняли душевным спокойствием. Не раз она в своих снах видела женщин-монахинь в аккуратных одеждах и без единой морщинки.

– Их голоса будто ручеёк звенели, – говорит Валентина Ивановна. – Они сказали, что рады меня здесь видеть, и исчезли. Ещё несколько необычных сновидений было. Все они словно пророческие – некоторые живописные места позже наяву видела… Да, своеобразно и красиво было на этой земле, и состояние души – прекрасное.

Сейчас от когда-то процветавших монастырских угодий почти ничего не осталось. Развалины храма, пара деревянных домов, на месте вишнёвого сада стоит полузаброшенный четырёхквартирный дом да величаво красуются огромные столетние липы – свидетели истории, словно монахи, пришедшие к нам сквозь века.  

Ольга АСТАПЕНКО, «Гомельские ведомости», 6.04.2018