Путешествие в славный город Славгород

(обновлено) Славгород или Пропойск? Пропойск стал «славным городом» совсем недавно: только в мае 1945 года небольшой уютный городок в Могилевской области получил новое название. А более восьми сотен лет поселение в месте слияния речки Прони и более полноводного Сожа было известно как Прупой, Пропошки, Пропорск, … и, наконец,  Пропойск.

Экскурсовод Славгородского районного историко-краеведческого музея Андрей, ждавший нашего прибытия у входа во двор музейного комплекса, рассказал несколько версий о названии своего города. Виновниками считаются и река Проня, с ее сильными водоворотами, образующимися при слиянии рек, и корчма, служившая таким необычным пропуском: остановился на постоялом дворе, пропил, поехал дальше. Но «Сказка о городе Пропойске» Константина Симонова, написанная в 1943 году (см. в конце), вызвала улыбку у всех и навеяла мысли о том, что именно из-за этого стихотворения город и был переименован в Славгород. 

Голицын

Древний Пропойск был пожалован князю Голицыну Александру Михайловичу (1723–1807), вице-канцлеру, вице-президенту Коллегии иностранных дел, в 1772 году императрицей Екатериной II. Имение приносило владельцу неплохой доход и было им особенно опекаемо. Князь часто сюда наведывался, обустраивал дворец (он не сохранился), перевез в него многие художественные ценности. Им же в 1791–1793 гг. недалеко от Замковой горы и была построена церковь Рождества Богородицы с отдельно стоящей колокольней. Место для нее было выбрано не сразу. Сохранилось письмо A. M. Голицына управителю от 17 апреля 1791 г., в котором он перед началом строительства размышлял о местоположении храма. Принятое поначалу решение им самим было отменено. «Прежде назначенное место хотя по положению и выше последнего, – пишет он, – но теснее и со въезду из Могилева за другим деревянным строением низу церкви и колокольни будет не видно, а только тогда, когда по лежащей мимо оной дороги к ней подъедешь. Главное же неудобство, что церковь к площади будет одним алтарем, а боковых фасадов оной будет не видно, что я и почитаю великим неудобством, понеже чрез то вся красота церкви скрыта будет».

К строительству и благоукрашению храма Александр Михайлович привлек самых известных мастеров того времени. Лучшие московские художники под руководством знаменитого Владимира Боровиковского, которому позировали Павел I, Екатерина II, Мария Лопухина, Державин, Куракин и другие известные исторические личности, расписывали своды и стены церкви. Представитель младшей ветви рода Голицыных был знатоком и любителем художеств, ценил произведения искусства, даже собрал целый музей редких картин и скульптур, посвятив этому занятию долгие годы своей жизни. Современники, зная пристрастия князя, делали щедрые подарки, пополняя его коллекцию.

Стоя в храме Рождества Пресвятой Богородицы в г. Славгороде и рассматривая почти утраченные фрески, я поймала себя на мысли, что «треклятые» князья, графы и прочие дворяне, как внушали нам на уроках истории в советской школе, разорявшие крестьян, угнетавшие рабочих и, конечно, наживавшиеся за их счет, возводили удивительные по красоте храмы, дворцы и другие строения, а ратующие за равноправие и свободу, отвергающие Христа правители народного государства ХХ века, не могли оценить, каким богатством обладают, и сохранить для потомков культурное, художественное и архитектурное  достояние.

Чудом пережившие надругательства новой власти церкви поражают великолепием и размахом. 

Отец Владимир, настоятель храма, беседуя с нами, сказал, что реставрировать фрески после того, как в церкви более 50 лет был мучной склад пристани, и при этом сохранить авторский замысел старых мастеров не получится: «Они в таком состоянии, что … это будет новая живопись новых мастеров».  От себя добавим, что храм является архитектурной и культурной ценностью, охраняется государством, а как, мы тоже знаем. Деньги на восстановление, которых нет, нужны просто атомные. Вот и остается восхищаться былым великолепием и радоваться, что храм принадлежит православной общине и здесь, как и в прежние времена, звучит спасительная молитва.

Бенкендорф  и Тулов

В Российской истории фамилия Бенкендорф достаточно известная.

Дворянский и графский род, ведущий начало от рыцарей Тевтонского ордена, возведенный в дворянское достоинство в 1674 шведским королем Карлом-Густавом, принял русское подданство в 1710 году после взятия Риги в ходе Северной войны при Петре I.

По запросу «Бенкендорф» поисковая система в первой строке предлагает информацию Википедии: «Александр Христофорович Бенкендорф, русский государственный деятель, военачальник, генерал от кавалерии, шеф жандармов и одновременно Главный начальник III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии». По некоторым источникам, именно Александр Христофорофич, возведенный в 1832 году в графское Российской империи достоинство, положил начало графской ветви рода.

Его двоюродный брат, будущий успешный нефтепромышленник, Александр Иванович Бенкендорф (1800–1873), закончивший военную службу в чине поручика гвардии, по одним источникам в 1830 г., по другим –в 1832 г. купил имение в Пропойске. К тому времени усадьба пребывала уже в довольном запустении благодаря нерадивости новых владельцев (Голицын продал имение в конце своей жизни). Граф Бенкендорф сделал его образцовым высокодоходным хозяйством.

Он привез с собой в имение крепостного живописца Федора Андреевича Тулова  (1792–1855). Портретное искусство было необходимой частью помещичьего быта. Известно, что Тулов до прибытия в Пропойск писал портреты домочадцев и родственников князя М. А. Шаховского в усадьбе Белая Колпь под Москвой. К слову сказать, княжна Прасковья Михайловна стала женой декабриста Александра Николаевича Муравьёва. Тулов писал портреты четы Муравьевых, их детей и родственников.

Был ли Федор Андреевич крепостным художником и когда получил вольную, документально не подтверждено. Но то, что более 60 портретов Тулова хранятся в Государственном Эрмитаже, Русском музее, Третьяковской галерее, Историческом музее, Калужском художественном музее и других музеях России, Беларуси и Украины, составляет славу г. Славгорода и позволяет гордиться именитым горожанином.

В музее районного центра творчеству Федора Ивановича Тулова, художника Императорской Академии Художеств, посвящен выставочный зал, а на городском кладбище, где захоронен портретист, славгородчане нашли и восстановили могилу живописца.  

Поражение шведов

В деревне Лесная недалеко от Славгорода увековечен ратный подвиг русского воинства над шведами в Северной войне (1700–1721 гг.).

Удивительно, но память не сохранила никаких сведений из школьной программы истории, что в Беларуси, практически под Гомелем (145 км), в 1708 году состоялась историческая битва, в которой части русской армии под командованием Петра I впервые одержали победу над превосходящими в военном искусстве шведскими войсками. Противник под покровом ночи позорно бежал с поля боя, бросив больных, раненых, артиллерию и обозы с провиантом для главных сил шведской армии.

«Сия у нас победа, – говорил Петр I, – может первая назваться, понеже над регулярным войском никогда такой не бывало, к тому же еще гораздо меньшим числом будучи перед неприятелем: тут первая проба солдатская была».

Леслянский мемориальный комплекс, возведенный в 1908 году в честь 200–летия победы, очень красив. Он состоит из храма, освященного в день памяти святых апостолов Петра и Павла в 1912 году (архитектор Высочайшего двора Александр Иванович фон Гоген), памятного знака в виде орла, терзающего когтями шведское знамя (архитектор Александр Лаврентьевич Обер), и мраморного обелиска на братской могиле русских воинов на местном кладбище.

Подняться на второй ярус храма, увенчанного зубцами в виде ласточкиного хвоста, по типу Московского кремля, можно по винтовой лестнице. Те из нас, кто решился совершить восхождение, были вознаграждены красотой открывающего вида. 

[widgetkit id=206]

Вместилище истории родного края

Коллектив молодого музея увлечен историей. Бережно собирается материал. Экспозиция небольших по площади залов впечатляет художественным оформлением и объемом интересной информации, количеством редких и уникальных экспонатов.

При входе в Зал военной славы посетителей встречает Бессмертный полк Славгорода – фотографии горожан, защищавших некогда большую страну от немецко-фашистских захватчиков. Документы, предметы быта фронтовиков и партизан, награды, похоронки, письма – это свидетельства стойкости и мужества, это память, которую нельзя предать.

Этнографический зал вызвал наибольший интерес у наших путешественников. Он по роду деятельности в хозяйстве разделен на женскую и мужскую половины. Жлукта, кросны, древние утюги, крынки, лапти, сундук, колыски, рушники – предметы женской половины. Косы, хомуты, топоры, приспособления для ловли отделившегося пчелиного роя и т. д – мужской.

В выставочном зале музея разместилась экспозиция, посвященная венценосному роду Романовых.

В скором будущем, после окончания реставрации, музейный комплекс Славгорода пополнится еще одним уникальным экспонатом, памятником архитектуры середины XIX века,  зданием почтовой станции или ямом, как называли их в России. Любопытно, как он был устроен этот ям?

[widgetkit id=205]

Понтон и «Голубая криница»

При подготовке нашего путешествия особое беспокойство вызывала переправа через Сож по понтонному мосту. Николай Адамович, водитель нашего автобуса, осмотрев место и оценив ситуацию, не решился вести тяжелый транспорт с пологого берега на более крутой без ущерба для технического состояния машины. Мы вышли, прошлись по мосту, отдохнули немного в тени прибрежной лозы и продолжили путь от переправы до «Голубой криницы» в другом более легком автобусе. Такой вариант мы с сотрудниками музея оговаривали заранее.

И вот, наконец, Голубая криница. У меня смутные впечатления, которые надо разделить: об источнике – это раз, и посетителях – это два.

Место удивительное, почитается как святое, известно  еще с дохристианских времен. Одна из легенд о «Голубой кринице» звучит так: «Некогда в здешних местах обитало племя радимичей. В то время люди почитали криничную воду как божество и святыню и боролись за обладание ею с князьями Киевской Руси. Последнюю битву с дружиной киевского князя Владимира радимичи проиграли. Покоренные князем, они вынуждены были принять христианство. В качестве библейской Иордани стали использовать местный источник, который и тысячу лет назад обладал той же чудодейственной силой. Крещение последних язычников состоялось 1 августа 988 года. С той поры именно в этот день – по новому стилю 14 августа – к кринице совершается массовое паломничество». Причем такое, что, по словам нашего экскурсовода Андрея, в этом году местные власти будут устанавливать второй понтонный мост, чтобы переправа через реку Сож совершалась в двух направлениях и не создавались автомобильные пробки и заторы.

«При исследовании подводного мира криницы, – продолжает Андрей, – было установлено, что на глубине 2,5 метра под ступеньками, где люди обычно берут воду, расположен кратер, из которого бьют подземные воды. Он представляет собой шахту округлой формы диаметром более метра. Измерить глубину шахты оказалось невозможным, но считается, что она достигает свыше 300 метров».

Паломничество к «Синему колодцу», так ранее называлась Голубая криница, было самым массовым на территории современной Беларуси и не прекращалось никогда. И сегодня, в субботний день, здесь очень много народа. К сожалению, не все понимают, в каком месте находятся, поэтому ведут себя по-разному. Шумно, игриво, с писком и криком, «заплывами в ширину». Очень похоже на городской пляж.

Но есть и те, кто с верой, надеждой и молитвой троекратно погружается в воду или пересекает источник на мелководье. Вода холодная, 4–5 градусов в течение всего года, зимой не замерзает. Родниковый ручей является левым притоком реки Голуба, которая впадает в Сож.

Территория источника более-менее благоустроена. Есть часовня, красивый мостик, скамеечки, место для переодевания. Думаю, что в будний день здесь более тихо. Как и должно быть в святом месте.

Барколабово

Большая часть паломников стремилась в Свято-Вознесенский Барколабовсикй монастырь уже не в первый раз. Икона Божией Матери «Барколабовская» зовет снова и снова.

Мы торопились. Переезд от Славгорода до Барколабово составил около часа. Проехали Быхов. Опять увидели замок, построенный Яном Каролем Ходкевичем в 17 веке и перешедшем во владения Сапеги, каменную Синагогу. 

Вот и указатель монастыря. У ворот стоит свадебный кортеж, и мы решаем, что молодые приехали к Богородице за благословением на брак. Как правило, венчание в монастырях совершается крайне редко.

Нас приветливо встречают матушка Эмилия и монахиня Таисия. Гостеприимно приглашают в трапезную, где для нас уже накрыт стол. Подкрепляемся скромной монастырской трапезой. Скоро служба, и мы стараемся помочь с посудой и уборкой.

Уже позднее, на улице, передаем в знак глубокого уважения и духовного единства с поклоном от архимандрита Амвросия (Шевцова) и братии Свято-Никольского мужского монастыря образ Божией Матери «Козельщанская». Матушка Эмилия приятно удивлена, прикладывается к иконе, поднимается к настоятельнице за благословением и совсем скоро несет образ Пресвятой Богородицы в храм. А мы начинаем рассматривать территорию. Появилась часовня, облагорожена набережная, у купальни установлена скамейка-качеля, снесен первый домик, совсем скоро появится церковная лавка, украшенная деревянной резьбой, выстроен новый современный туалет.

Матушка Антонина начинает рассказывать нам об обретении чудотворной Барколабовской иконы Божией Матери, истории монастыря и его восстановлении после полного разрушения построек и, извиняясь, торопится по зову сестры петь на клирос. Служба началась. Наша группа разделилась: кто-то решил окунуться в источнике, кто-то ждал своей очереди, кто-то нашел укромное местечко на набережной и отдыхал в тени деревьев у воды, а кто-то молился за богослужением. После елеопомазывания подходим к настоятельнице матушке-игуменьи Антонии, берем благословение на дорогу. Матушка улыбается и приглашает приезжать еще.

Константин Симонов «Сказка о городе Пропойске»

Когда от войны мы устанем,

От грома, от пушек, от войск,

С друзьями мы денег достанем

И выедем в город Пропойск.

Должно быть, название это

Недаром Пропойску дано,

Должно быть, и зиму, и лето

Там пьют беспробудно вино.

Должно быть, в Пропойске по-русски

Грешит до конца человек,

И пьет, как в раю, – без закуски,

Под дождик, под ветер, под снег.

Мы будем – ни слуху ни духу –

Там жить, пока нас не найдут.

Когда же по винному духу

Нас жены отыщут и тут, –

Под нежным влиянием женским

Мы все до конца там допьем,

И город Пропойск – Протрезвенском,

На радость всех жен, назовем.

Домой увозимые ими,

Над городом милым взлетим

И новое трезвое имя,

Качаясь, начертим над ним.

Но буквы небесные тленны,

А змий-искуситель – силен!

Надеюсь, опять постепенно

Пропойском окрестится он.

Такое уж русское горе:

Как водка на память придет,

Так даже Каспийское море

Нет-нет и селедкой пахнет.

                                  1943 г.

Текст и Фото Елены СИЛИВОНЧИК