Логотип для шапки

 

Владыка Митрофан: На моей груди - Крест Спасителя

Mitrofan-Krasnopolsky600x450Сегодня, 6 июля, в нашей Гомельской епархии совершается память священномученика Митрофана (Краснопольского), принявшего мученическую кончину за Христа. 

Для многих гомельских церковных краеведов и историков жизнь и духовный подвиг владыки Митрофана, первого епископа на Гомельской кафедре, попала  в сферу как профессиональных, так и личных интересов. Андрей Ананьев, участник церковно-исторической комиссии, говорит: "Нельзя сказать что агиография и библиография, посвященная священномученику Митрофану (Краснопольскому), тема малоисследованная и новая. Скорее правильно будет признать, что в пределах Гомельской епархии, где начинался святительский путь владыки, лишь в последние несколько лет обратились к его наследию, установили его особое почитание.

Прославление святого Митрофана состоялось 14 апреля 2002 года и с тех пор, а за рубежом и до этого, был написан ряд работ с жизнеописанием священномученика".

Гомельские авторы не отстают от именитых исследователей, например игумена Дамаскина (Орловского), игумена Иосифа (Марьяна) и др., и предлагают публике свои тексты о священномученике Митрофане (Краснопольском).

Жарким выдалось лето 1919 года в Астрахани. Южный город и так никогда не был обделён солнцем, но в разгар Гражданской войны его палящие лучи иссушили землю, грозя будущим неурожаем и голодом. И вот 6 июля небо в низовьях Волги затянуло тучами, прогремели раскаты грома, и невероятной силы ливень хлынул на землю. Старики в тот день, глядя на стену воды с небес говорили: «Не иначе великого праведника сегодня убили. Никак Господь кровь смывает». И были правы. Ночью по приказу местного ревкома был убит Астраханский архиепископ Митрофан, человек замечательной судьбы, истинный архипастырь, чья жизнь долгие годы была связана с белорусской землёй и нашим гомельским краем.

Дмитрий Иванович Краснопольский, а именно так звали будущего священномученика до принятия монашества, появился на свет 22 октября 1869 года в слободе Алексеевка Воронежской Губернии. Родители его были невысокого происхождения. Отец зарабатывал на жизнь строительством, возводил дома, клал печи. Денег его труд приносил немного, но зато постоянно: работа каменщика была востребованной. Мать его была женщиной благочестивой и набожной. Сама дочь псаломщика сельского храма, с ранних лет привила она сыну любовь ко Христу, к церкви и богослужению. В сельской школе, где учился маленький Дима, всех поражали его пытливый ум и страсть к чтению. Скоро он стал лучшим учеником. Сельский учитель, видя прекрасные способности Дмитрия и его тягу к жизни церковной, ходатайствовал об определении его в духовное училище уездного центра, города Бирюч. Он же сам и стал оплачивать полный пансион своего ученика. Благо, в те времена жалование сельского учителя позволяло такую роскошь.

В возрасте пятнадцати лет юноша, окончив училище, полностью утвердился в желании принять священный сан и поступил в Воронежскую духовную семинарию. В 1890 году по окончании семинарии Дмитрий Краснопольский венчается и рукополагается в сан диакона. Но семейному счастью его не было суждено продлиться дольше трёх лет. Супруга его умирает, и молодой вдовый диакон избирает для себя монашеский путь. В 1896 году Дмитрий Краснопольский навсегда остаётся в прошлом, отныне он – иеродиакон Митрофан, а 15 июня 1897 года состоялась и священническая хиротония. Иеромонах Митрофан, ещё молодой, но уже известный священник, вскоре оканчивает Киевскую духовную академию со степенью кандидата богословия.

В 1902 году Господь управляет жизненный путь его так, что Митрофан, ставший к тому времени уже архимандритом, впервые прибывает на белорусскую землю. Он был назначен ректором Могилёвской духовной семинарии, ныне, к сожалению, не существующей. На этой должности архимандрит с подлинно христианской любовью проявлял заботу о каждом из семинаристов. Многие из них происходили из бедных семей, не имели никаких средств к существованию. По инициативе ректора было образовано Общество вспомоществования нуждающимся воспитанникам Могилёвской духовной семинарии, в котором он сам стал председателем. Многие учащиеся были безгранично благодарны своему ректору за хлопоты об их благополучии.

1907 год стал эпохальным для всей церковной истории Гомельщины. 7 февраля (25 января ст. ст.) было принято решение о выделении в составе Могилёвской епархии Гомельского викариатства. Впервые за свою многовековую историю Гомель обретал собственного епископа. Спустя всего четыре дня после этого знаменательного решения в столице Российской Империи городе Санкт-Петербурге, в Свято-Троицком соборе Александро-Невской лавры три самых выдающихся иерарха Русской Православной церкви: митрополит Санкт-Петербургский Антоний, митрополит Московский Владимир и митрополит Киевский Флавиан совершили епископскую хиротонию над архимандритом Митрофаном. Отныне ему надлежало руководить церковной жизнью гомельского края.

На новом месте службы владыка Митрофан быстро завоевал народную любовь. При нём открывались новые храмы, епархиальная жизнь била ключом. Главным делом своим новый епископ видел миссионерство. Гомель начала XX века был городом весьма своеобразным. Больше половины его населения составляли евреи, а из остальной части значительная доля приходилась на старообрядцев, компактно живших в районах Монастырька и Спасовой Слободы. Кроме того из Черниговской губернии в Гомель нередко приходили проповедники, называемые штундистами. Сегодня их последователи именуются аббревиатурой их трёх букв: ЕХБ (евангельские христиане-баптисты).

В ситуации, когда в городе множество раскольников и сектантское движение набирает силу, православной церкви нужны были талантливые миссионеры-проповедники. Понимая такую необходимость, владыка Митрофан 15 июня 1908 года организовывает в городе миссионерские курсы. Для чтения лекций на них был приглашён Петербургский епархиальный миссионер Д. И. Боголюбов, автор брошюр «Миссионерские беседы со штундо-баптистами» и «Противосектантский Катихизис». Лекции о старообрядчестве курсантам читал настоятель Петропавловского собора Гомеля протоиерей Александр Зыков.

В 1907 году епископ Гомельский был избран депутатом в Третью Государственную думу от Могилёвской губернии. На заседаниях всероссийского парламента владыка представлял фракцию правых, в которой присутствовали патриотически настроенные депутаты, противники революционных потрясений. Также занимал он должность председателя противоалкогольной комиссии, входил в состав переселенческой комиссии (занималась вопросами переселения крестьян в Сибирь и освоения новых земель) и комиссии по народному образованию. Владыка Митрофан получил широкую известность за защиту интересов православной церкви, утверждая, что церковь есть тот стержень, на котором зиждется вся русская государственность.

В феврале 1908 года епископ Гомельский принял участие в учредительном съезде Русского окраинного общества. Это была культурно-просветительская организация, объединявшая русских патриотов окраин Империи. Свою задачу члены организации видели в укреплении позиций русской культуры в регионах. В частности, белорусский отдел Русского окраинного общества стремился не допустить роста польского влияния в крае и окатоличивания белорусов. Не выдвигая никаких политических лозунгов, организация, согласно своему уставу, выступала «за культурное сближение и духовное единение всех подданных русского Царя на почве честной преданности единому всероссийскому государству. Во всем же остальном пусть поляк остается поляком, финляндец финляндцем и т. д.»

В 1912 году владыка покинул наш город. С 3 ноября он был определён епископом Минским и Туровским, так что его архипастырское служение белорусскому народу продолжилось. В Минской губернии ещё более потребовались его выдающиеся миссионерские способности, так как религиозная обстановка в крае обострялась большой активностью польского католического элемента. За твёрдость занимаемой позиции в конфессиональном вопросе местное духовенство называло его «стойким борцом за православное дело». С началом Второй Отечественной войны, как её называли тогда, или Первой мировой, как её называют сегодня, Минский епископ не раз приезжал на фронт, благословлял войска, хотя и сам неоднократно попадал под артиллерийский обстрел. Его стараниями были организованы лазареты для врачевания раненых бойцов, в епархии шёл постоянный сбор пожертвований на нужды беженцев, покинувших свои дома в прифронтовой полосе. За активное служение на благо Отечества в годы военных испытаний владыка в 1916 году был награждён орденом Святого Александра Невского.

С июля 1916 года новым местом служения епископа Митрофана стала Астраханская епархия. За полгода он и здесь сумел организовать епархиальный лазарет, школу для детей беженцев и организовать сбор средств в помощь семьям, кормильцы которых были призваны в действующую армию. Астраханский край всегда привлекал массу выходцев из других губерний. Сюда стекались раскольники, хлысты, молокане, штундисты; кроме них, епархию населяли язычники и мусульмане из степных народов. Таким образом, важность миссионерской работы в крае сложно было переоценить. В январе 1917 года владыка организовывает здесь миссионерские курсы наподобие тех, которые некогда проводил в нашем городе.

Тем временем над Россией сгущались тучи. В феврале-марте 1917 года произошла революция. Монархия пала. Изо всех трещин государства, как крысы, выползли наружу различные авантюристы. Не обошли революционные события, разумеется, и церковь. Весной 1917 года либерально настроенная часть духовенства Астраханской епархии решила отстранить от власти слишком консервативного, как им казалось, епископа. Однако, попытка низложения провалилась, когда епархиальный съезд выразил своё полное доверие владыке.

В августе 1917 года начал свою работу знаменитый Всероссийский Поместный Собор. Главный вопрос, стоявший на повестке дня, заключался в том, нужен ли Русской Церкви Патриарх. 11 октября на Соборе с докладом выступил Астраханский епископ. Свою позицию по основному вопросу он выразил так: «Учреждением патриаршества достигалась полнота церковного устройства, и полнота государственного управления. Упразднение патриаршества Петром I являлось антиканоническим деянием, Русская Церковь стала безглавна, акефальна. Синод оказался учреждением, чуждым России, лишенным твердой почвы у нас. Мысль о патриаршестве продолжала теплиться в сознании русских людей как «золотая мечта». Нам нужен Патриарх как духовный вождь и руководитель, который вдохновлял бы сердце русского народа, призывал бы к исправлению жизни и к подвигу и сам первый шел бы впереди». 28 октября 1917 года Собор вынес решение о восстановлении Патриаршества. Помимо главного вопроса, владыка Митрофан добился на Соборе канонизации священномученика Иосифа, митрополита Астраханского, убитого восставшими казаками Степана Разина в 1671 году. Тем более актуальным было его прославление в связи с надвигавшимися на церковь будущими гонениями безбожной советской власти.

В апреле 1918 года владыка Митрофан был возведён в сан архиепископа, а к концу года Астрахань стала одним из эпицентров борьбы Красной армии с казаками на Юге России. 18 февраля 1919 года архиепископ организовал в городе крестный ход, во время которого он отслужил заупокойную литию на братской могиле погибших красноармейцев. Однако, нельзя это рассматривать, как жест лояльности к советской власти. По поводу сотрудничества с ней владыка оставался непреклонен до конца: «Лучше, – говорил он, – лишиться храмов и совершать богослужение под открытым небом, чем жертвовать христианскою свободой и христианскою истиною, добиваясь регистрации в комиссариатах». А лития на братской могиле красноармейцев указывала лишь на то, что церковь с одинаковой скорбью относится ко всем жертвам войны, независимо от того, к какому лагерю те принадлежали.

На Благовещение 1919 года во время своей архипастырской проповеди владыка высказался и по поводу жертв советской власти, коснувшись «погибших в результате ненужных и бесполезных действий гражданских властей». Эти слова были использованы против него. Духовенство епархии, понимая, какая опасность грозит архиепископу, не раз предлагало ему бежать из города. До нас дошла его короткая, но выразительная отповедь по этому поводу: «Вы предлагаете мне побег, и это в то самое время, когда у нас на глазах расстреливают невинных наших братьев. Нет, я никуда не уеду от своей паствы; на моей груди Крест Спасителя, и он будет мне укором в моем малодушии. Хочу спросить и вас: почему вы не бежите? Значит, вы дорожите свой честью больше, чем я должен дорожить своим апостольским саном? Знайте, я совершенно чист и ни в чем не виноват перед своей Родиной и народом».

Тем временем по городу происходили аресты и казни. Руководил ими назначенный 25 февраля на должность председателя военно-революционного комитета Астрахани Сергей Миронович Костриков, более известный под псевдонимом Киров. Тот самый, не имеющий к Гомелю никакого отношения, но в честь которого у нас назван станкостроительный завод и одна из улиц в центре города. 24 мая по его приказу был расстрелян из пулемёта крестный ход верующих, собравшийся в честь прославления священномученика Иосифа Астраханского. А в ночь на 8 мая по его же приказу был арестован и владыка Митрофан. Архиерея обвинили в контрреволюционном заговоре. Дело вёл начальник местной ЧК Г. А. Атарбеков, «железный Геворк», как называли его соратники, знаменитый своими зверствами. Известно, что владыка на допросах держался твёрдо, признаний не подписал и никого оклеветать не позволил. Вообще, дело архиепископа Митрофана оказалось на удивление тонким, чекистам элементарно нечего было к нему подшить.

Обстоятельства убийства владыки нам известны с большой точностью. Один из священников Астраханской епархии беседовал с охранником камер, в которых содержался сам архиепископ и прочие участники вымышленного заговора. Дело обстояло так: «Около трех часов ночи к камере, где содержался архиепископ Митрофан, подошел комендант ЧК Волков и караульный начальник. Комендант вошел в помещение и грубо толкнул ногой спавшего на койке владыку: “Вставай!” Архиерей встал и начал было надевать рясу, но комендант схватил его за воротник рясы и закричал: “Живей выходи, на том свете обойдешься и в подштанниках”. Вслед за этим комендант бесцеремонно схватил владыку за руку и потащил к двери, выходившей во двор. Здесь во дворе он ускорил шаг, не прекращая тянуть за собой владыку. Архиепископ Митрофан в одном белье и босиком не успевал за Волковым, отчего, сделав несколько шагов во дворе, споткнулся и упал. Подбежавший конвоир поднял вместе с Волковым владыку и довел до закоулка, где происходили расстрелы. Здесь уже стояли трое с винтовками. Архиепископ Митрофан, увидев их, благословил по-архиерейски двумя руками. После этого солдаты отказались в него стрелять. Волков же, желая остановить благословляющего архиерея, ударил его рукояткой револьвера по правой руке. Затем в ярости схватил его за левую часть бороды и с силой рванул вниз, выстрелив в таком положении архиерею в висок. Стоявший поблизости и наблюдавший за всем Атарбеков тоже вытащил револьвер и выстрелил упавшему владыке в грудь, попав прямо в сердце».

Кроме этого очевидцы рассказывали, что перед смертью владыка Митрофан успел увидеться со своим викарием – епископом Леонтием. Тот некогда возглавлял либеральную оппозицию священников, желавших отставки Астраханского архипастыря. Теперь же они помирились и испросили друг у друга прощения за все причинённые обиды. Владыку Леонтия расстреляли спустя несколько минут.

27 декабря 2001 года на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви было принято решение о включении в Собор новомучеников и исповедников Российских XX века Священномученика Митрофана (Краснопольского). Однако место нахождения его святых мощей остаётся загадкой. Известно, что священники Астраханской епархии выкупили тела владык Митрофана и Леонтия, погребли их подобающим чином на территории бывшего Покрово-Болдинского монастыря, но могила эта была впоследствии разрушена и останков в ней на сегодняшний день нет. В Астрахани ходят слухи о том, что тела архиереев были перезахоронены на городском кладбище, но, так или иначе, вопрос об их местонахождении по сей день остаётся открытым.

Диакон АЛЕКСЕЙ Митрофанов