Логотип для шапки

 

Обретение мощей преподобномученика Афанасия Брестского

Afanasij-BrestskyНа белорусских землях самым большим потрясением в церковной жизни до XX века, безусловно, стала Брестская уния 1596 года. Никогда ещё православные верующие не подвергались таким гонениям. Повсеместно запрещалось строить православные храмы, законными архиереями считались лишь те, кто признавал верховенство римского папы. А большая часть населения по причине своей безграмотности просто обманом была превращена в униатов. Но были в нашем народе силы, готовые до конца сопротивляться порабощению со стороны латинян. Первой такой силой были запорожские казаки, оружием защищавшие права народа православного. Второй – православные братства горожан, которые создавали собственные школы и готовили блестящих полемистов с иноверцами. Третьей силой  были православные интеллектуалы из церковной среды. Они организовали Киево-Могилянскую академию, выступали с публичными речами и проповедями, оставили после себя множество воззваний к народу и обращений ко власть придержащим. Самому выдающемуся такому интеллектуалу на белорусской земле сегодня и посвящена эта статья.

О ранних годах жизни Афанасия Филипповича нам доподлинно ничего не известно. Не ясно даже, «Филиппович» – это отчество или фамилия. О происхождении своём сам он писал двумя словами: «Простак, гарбарчик (кожевенник или сын кожевенника)». Однако сегодня существует множество версий и относительно происхождения Афанасия, и о месте его рождения. Не будем перечислять все возможные варианты, а укажем лишь на то, что родился он между 1595 и 1600 годами, а монашество принял по собственному его признанию в 1627 году.

В 1622 году молодой Филиппович оказался при дворе пожилого гетмана Льва Сапеги. Старый хитрец задумал продолжение истории с самозванцами на Русском престоле. В его имении проживал некий Ян Фаустин Луба, сын шляхтича Дмитрия-Михала Лубы, убитого в Москве во время восстания против Лжедмитрия I. Этот юноша был представлен Афанасию как Иоанн Дмитриевич, сын «законного» царя Дмитрия и Марины Мнишек (В русских источниках известен как «Иван-Ворёнок»). Учителем «царевича» и был назначен Афанасий Филиппович. Поначалу он воспринимал появление «законного Рюриковича» как знамя грядущей победы православия, в том числе и в Речи Посполитой, но, когда догадался об его истинном происхождении, то сильно переживал из-за своего невольного участия в обмане. Возможно, это разочарование в какой-то мере поспособствовало уходу Афанасия из мира в виленский Свято-Духов монастырь.

В это время шла ожесточённая борьба католиков и униатов за православные храмы и монастыри. В 1633 году уже иеромонах Афанасий стал наместником игумена монастыря в Пинске и три года противостоял иезуитам в их притязаниях на обитель. Стараниями магнатов Радзивиллов православных силой изгнали из монастыря. В тот день Афанасий, как он сам затем писал, узрел в небе семь огненных кругов, и в пятом из них лица троих: папского легата, короля Сигизмунда IV и Льва Сапегу. Все жалобы властям по поводу отнятия монастыря остались без внимания.

На следующий год Афанасий, живший уже во Введенском монастыре села Купячицы на Брестчине, услыхал в своей келье голос: «Царь Московский построит мне церковь! Иди до него!» Придя в Москву, он так и не смог добиться аудиенции у Государя Михаила Фёдоровича, но сумел передать ему записку. В ней Афанасий Филиппович описал бедственное положение православных в Речи Посполитой, призывал Царя освободить белорусские и украинские земли, и советовал сделать на хоругвях русских войск изображение Купятицкой Божьей Матери. Также стало известным его сообщение о подготовке нового самозванца. Прямого ответа Царь не дал, но снабдил Афанасия щедрыми пожертвованиями, после чего тот направился в Вильно, а затем в Купятицкий монастырь.

Два года спустя в Купячицы пришло письмо от братии Брестского Свято-Симеоновского монастыря. В нём иноки просили прислать к ним нового игумена взамен только что почившего. Было решено отправить в Брест Афанасия. Так начался, вероятно, самый важный период в его жизни. Для защиты православных храмов от претензий иноверцев он перебирает старые архивы, находит документы, подтверждающие права православных братств на владение землёй. Однако власти, ссылаясь на запрет римского папы на распространение православия, отказывают братчикам в их исконных правах. Тогда в 1643 году во время заседания вального сейма (парламента Речи Посполитой) Афанасий Филиппович приезжает в Варшаву. Ворвавшись в зал, где заседала верхняя палата, и присутствовал сам король, он раздал депутатам и монарху списки Купятицкой иконы Божьей Матери с подписанным предостережением об опасности угнетения православных в стране. Впечатлённый король Владислав IV распорядился подтвердить права православного населения Речи Посполитой. А вот православные иерархи, испугавшись дерзости Афанасия, посадили его под стражу. Позднее он был временно лишён игуменского и иерейского сана, отправлен на церковный суд, который, впрочем, его оправдал.

Спустя всего лишь год следует повторный арест. На сей раз светскими властями. Афанасий Филиппович объявлен государственным преступником. Во время заключения он написал свой главный труд – «Диариуш» («Дневник»), где описал свою жизнь и борьбу за веру Христову.

В январе 1647 года умирает Киевский митрополит Пётр Могила. Афанасий Филиппович, говоря современным языком, «попадает под амнистию». Его освобождают и дозволяют вернуться в Брест. Но на воле ему оказалось суждено пробыть совсем недолго. Новая волна гонений на православных была вызвана восстанием казаков под руководством Богдана Хмельницкого. 1 июля 1648 года игумен Афанасий был арестован по обвинению в связях с повстанцами и поставках им пороха. Когда обыски в обители не дали результатов, формулировка обвинения была изменена: «унию святую хулил и проклинал». С этим уже спорить было невозможно. Афанасия долго пытали огнём, требуя отказаться от своих взглядов. Затем солдаты брестского воеводы расстреляли игумена. По свидетельствам очевидцев последние слова преподобномученика были: «Что я уже говорил, то говорил, и с тем умираю». Ещё живого его столкнули в могилу и засыпали землёй.

Спустя восемь месяцев после казни некий мальчик показал инокам, где зарыто тело Афанасия. С разрешения властей монахи откопали тело и перезахоронили его в монастыре. Церковное почитание Бресткого мученика началось вскоре после его кончины. 20 июля (2 августа) 1666 года были открыты его святые мощи, у которых не раз происходили исцеления. Его житие сначала написали на польском языке, а в 1805 году перевели на русский язык.

По сей день велико почитание пребодобномученика Афанасия на белорусской земле. В самом Бресте в память о нём в 1996 году был основан Свято-Афанасьевский мужской монастырь. Да и у нас в алтаре Никольского храма в настенных росписях изображён преподобномученик Афанасий игумен Брестский.

Алексей МИТРОФАНОВ  об  истории,  церкви,  Истине  для  "Правило  веры"